Александр Ливчак
Я хочу рассказать, о том, как пытался реализовать свое конституционное право на информацию. Скажу сразу, что я не хотел выяснить детали бюджета, статистику преступности, или какие-нибудь сведения, затрагивающие интересы "денежных мешков". Нет, я всего лишь пытался узнать, кто мне на работе начальник, а кто - нет.
Ситуация довольно комичная. Я работаю в НИИ физики и прикладной математики при Уральском гос. университете (НИИ ФПМ при УрГУ). И вот уже лет 10 пытаюсь выяснить, является ли это НИИ подразделением УрГУ, или нет.
По-видимому, в некоторых бумагах НИИ числится как подразделение УрГУ, а в других - как самостоятельная организация. И хитроумное начальство при нужде демонстрирует либо ту, либо другую версию. В результате ректор УрГУ то объявляется моим начальником, то - посторонним человеком, не имеющим ко мне никакого отношения.
В конце концов, мне эта петрушка надоела. Все же, я должен знать, чьи приказы обязан выполнять, а чьи - нет. И я попросил директора моего НИИ выдать мне официальные документы, регламентирующие отношения УрГУ и НИИ.
Начальство восприняло это как нестерпимое нахальство. Вместо ответа меня сдали в милицию за невыполнение приказов ректора УрГУ.
Но есть такой Трудовой кодекс, а в нем - статья 21, обязывающая работодателя предоставлять работнику полную и достоверную информацию об условиях труда. Есть Уголовный кодекс, а в нем - статья 140, предусматривающая ответственность за отказ выдать гражданину информацию, необходимую для защиты его законных интересов. И есть прокуратура, которая, вроде бы, должна следить за соблюдением законности. И вот, я обращаюсь в прокуратуру с просьбой применить эту самую статью 140 Уголовного кодекса.
Прокуратура для начала теряет мое заявление. Но я не гордый, могу написать еще раз. Потом прокуратура начинает тянуть резину. Тогда я пишу еще и еще раз.
Наконец, после двухмесячной волокиты (вместо трех дней, полагающихся по закону), мне выдают ответ, который я хочу привести дословно:
"Заместитель прокурора Октябрьского района г. Екатеринбурга младший советник юстиции Сорокин С.А. рассмотрев заявление гр. Ливчака А.Б.
установил:
В прокуратуру Октябрьского района г. Екатеринбурга обратился гр. Ливчак А.Б. с заявлением о привлечении к уголовной ответственности директора НИИ физики и прикладной математики при УрГУ Зверева Л.П. за непредоставление копий Уставов УрГУ и НИИ ФПМ при УрГУ.
Принимая во внимание, что указанные уставы являются документами, регламентирующими отношения между УрГУ и НИИ ФПМ, а также правила внутреннего распорядка и их непредоставление Ливчаку А.Б. не причинило ему существенного вреда, в действия директора НИИ ФПМ, при УрГУ Зверева Л.П. отсутствует состав преступления - отказ в предоставлении гражданину информации.
На основании вышеизложенного, руководствуясь п.2 ч.1 ст. 24 и ст. 148 УПК РФ,
постановил:
1. В возбуждении уголовного дела по
заявлению гр. Ливчака А.Б. о привлечении
к уголовной ответственности директора
НИИ ФПМ, при УрГУ Зверева Л.П. отказать
за отсутствием в действиях последнего
состава преступления.
2. О принятом
решении уведомить гр. Ливчака А.Б.
3.
Настоящее Постановление может быть
обжаловано прокурору Октябрьского
района г. Екатеринбурга или в судебном
порядке."
Очень интересен
стиль прокурорской отписки. Закон "О
прокуратуре" гласит: ответ на заявление,
жалобу и иное обращение должен быть
мотивированным. Но наша прокуратура,
видимо, считает это излишним. Ей достаточно
ограничиться штампованной фразой:
отсутствует состав преступления.
Прокуратуре это, видимо, очень удобно.
Так можно без труда "завернуть"
любое заявление, не вдаваясь в его суть.
Сначала мне было непонятно, зачем прокуратура тянула дело два месяца (поставив на ответе фальшивую дату). Неужели просто для того, чтобы покуражиться надо мной, подчеркнуть мое полное бесправие и отучить от "гнусной", с ее точки зрения, привычки тягаться с "сильными мира сего"? Но, внимательно посмотрев текст ответа я понял, что зам. прокурора не терял времени даром. По-видимому, он … корректировал закон. Ст. 140, на которую я ссылался, предусматривает уголовную ответственность за отказ в предоставлении информации, "если эти деяния причинили вред правам и законным интересам граждан". Такая формулировка не устраивала чиновников. Они бы, предпочли, чтобы ответственность наступала лишь при причинении "существенного вреда", поскольку это понятие оценочное, и тут появилось бы широкое поле для споров. Поэтому, видимо, в ответе прокуратуры и появился "существенный вред". Авось лох (т.е. я) не заметит.
Пришлось мне порыться в Уголовном кодексе, и убедиться, что он различает понятия "вреда" и "существенного вреда". В одних статьях ответственность наступает при нанесении существенного вреда, в других - просто при нанесении вреда, а в третьих наказание зависит от того, был ли вред существенным.
Еще более интересно отношение прокуратуры к праву гражданина на информацию. Ей, видимо, наплевать на Конституцию и Закон. Горазда важнее чиновничья солидарность. А нашему полуграмотному чиновнику глубоко противна даже мысль о том, что у простого человека будет какая-то информация, ограничивающая чиновничье полновластие и всесилие.
Какие там права человека, какая там информация? Зачем работнику знать границы свих обязанностей? Делай все, что прикажут, а не то - в ментовку сдадим!
Интересная картина получается. С одной стороны, чиновники пытаются внушить человеку, что информация - это сущая ерунда (подумаешь, бумажка), что нарушение его конституционных прав на информацию "не причиняет ему существенного вреда". С другой стороны - если у человека нет этой самой бумажки, или в ней запятая не там стоит, то это - смерть для него. Без бумажки ты - букашка, но если ты эту бумажку требуешь, то ты - сутяжник, кляузник, и вообще беспокоишь занятых людей по пустякам.
Но я так не думаю. Я считаю, что право на информацию - это одно из фундаментальных прав человека. Без информации человек превращается в бессловесную, беззащитную тварь, неспособную на какую-либо активную роль в современном обществе. Я костьми лягу, до Европейского суда дойду, чтобы защитить свое право на информацию.
P.S. Материалы о праве на информацию, а также статью о том, как меня сдавали в ментовку, см. на Уральском правозащитном сайте.
г. Екатеринбург
08.09.2002